Exit Project: Глоссарий: Кондаков И.М. А.С. Пушкин и русская психология XIX в. о состоянии очарованности жизнью

Кондаков И.М. А.С. Пушкин и русская психология XIX в. о состоянии очарованности жизнью




До слуха чуткого коснется, Душа поэта встрепенется, Как пробудившийся орел... У многих на слуху эти строки стихотворения Поэт А.С.Пушкина, но задумываемся ли мы над тем, следует ли в них видеть поэтическую метафору, выражение определенных теоретических представлений, или, может быть, жизненную позицию поэта. Да и какова феноменология, каков субъективный интроспективный опыт, который здесь подразумевается? Действительно, если мы обратимся к психологическим механизмам, на которые указывается в этом отрывке, то получается интересная картина. Мысль Пушкина можно проинтерпретировать таким образом, что, вопервых, душа как бы и не существует она неподвижна, непроявлена, суха и холодна и, наконец, неинтересна для ее владельца до тех пор, пока не загорится идеей, вовторых, это может произойти только в том случае, если данная идея божественная. И божественной она названа, возможно, не столько по религиозным соображениям, сколько изза высокой интенсивности положительных переживаний. См. пушкинские словосочетания: божественные красоты природы, волшебные сени мечты, темнота волшебной ночи, волшебная мгла, упиться гармонией, чувствовать силу гармонии и др. Чтобы хоть както представить себе, о какой феноменологии идет речь, когда говорится, что душа загорелась, можно привести следующий, достаточно иллюстративный в этом отношении, отрывок из статьи С.П.Шевырева: Помню, помню это чувство; оно сладко, неизъяснимо. В душе остается какаято светлота, полнота; все желания удовлетворены, все чувства яснее; в эту минуту, кажется, все разгадал я... Ни одна страсть не говорит в душе; все земное ей чуждо; в ней, как в этой реке, отражается тогда одно светлое, лучезарное небо. Назови это довольством, блаженством, как хочешь; для меня это рай земной [16; с.44]. В принципе, данное состояние очень трудно описать исчерпывающе и точно; разные авторы для его обозначения используют самые разнообразные термины (счастье, экстаз, творческое вдохновение, чувство выполненного долга, эстетическое чувство и др.) При этом часто, тем более у авторов XIXв., происходит смешивание различных явлений. Возможно, и в стилистическом отношении, и по критерию интроспективной определенности для обозначения данного состояния более правильно было бы пользоваться термином очарованность жизнью. В XIXже веке наиболее распространенным был термин блаженство, который представлялся более предпочтительным прежде всего, в силу своих религиозных ассоциаций. Но важно иметь в виду, что кроме соответствующих феноменологических признаков положительный эмоциональный тон, не очевидная связь с физиологическими потребностями, данное состояние имеет еще один признак. Это размытость локализации: при отсутствии конкретного предмета, который взывает данное эмоциональное переживание, оно все же связано с определенной ситуацией. Здесь не объект предстает перед субъектом, а субъект пребывает в ситуации. Как же интерпретирует данное состояние психология XIXв.? Прежде всего, в той области, где современная естественнонаучная психология видит единство психической жизни субъекта, в психологии начала XIXв., которая была по преимуществу идеалистической, выделялось два класса психических явлений: душевных, связанных с особенными, исключительно присущими человеку, переживаниями или побуждениями, и телесных, связанных с его психофизиологической организацией. Достаточно поэтическое свидетельство того, что здесь мыслилось не просто выделение, но противопоставление, можно обнаружить еще у А.Н.Радищева. Он писал: ...Бедствия человека происходят от человека, и часто от того только, что он взирает непрямо на окружающие его предметы. Ужели... природа толико скупа была к своим чадам, что от блудящего невинно сокрыла истину на веки? Ужели сия грозная мачеха произвела нас для того, чтоб чувствовали мы бедствия, а блаженство николи? Разум мой вострепетал от сея мысли, а сердце мое далеко ее от себя оттолкнуло. Я человеку нашел утешителя в нем самом. Отыми завесу с очей природного чувствования и блажен будешь [13; с.39]. Данный отрывок показателен тем, что в нем интенсивный позитивный эмоциональный тон (блаженство) ясно определяется как существеннейшая черта душевных переживаний человека и проводится мысль о противоположности истинно человеческого познания, которое связано с достижением состояния блаженства, и познания, основанного на иллюзорности телесного бытия и связанного с бедствиями. Развивая далее эту мысль, Радищев подводит под второй тип познания биологическое основание, которое характеризуется определяющей ролью принципа борьбы за выживание. Какое ухо ощущает благогласие звуков паче человеческого? Если оно в других животных (пускай слух и был бы в них изящнейший) служит томко на отдаление опасности, на открытие удовлетворительного в пище, в человеке звук имеет тайное сопряжение с его внутренностию... Птица поет, извлекая из гортани своей, но ощущает ли она, как человек, все страсти, которые он одним томко на земле удобен ощущать при размерном сложении звуков? ...Не птицы благопевчие были учители человека в музыке; то было его собственное ухо, коего вглубленное перед другими животными в голове положение всякий звук, с мыслью сопряженный, несет прямо в душу [13; с.288289]. Интересно отметить, что были и другие варианты соотнесения состояния человеческого блаженства и телесных (психофизиологических) процессов. Например, в психологических теориях, разрабатывавшихся в рамках шеллингианской философии, человек и животные не противопоставляются, а, наоборот, объединяются, как различные стадии развития одной идеи. Так, у Д.М.Велланского, который считал, что вся природа, органическая и неорганическая, одушевлена всеобщей жизнью, мы видим следующее соотношение ощущения (которое в данном случае эквивалентно блаженству) и заключенных в нем частных чувств, связанных с работой различных органов чувств: Ощущение есть общее, неопределительное чувство... Ощущение можно считать собственным чувством теплоты... По оному чувствуем мы наисовершеннее приятность весны; где все чувства приходят в действие, но ни одно не действует особливым образом. Ощущение, в совершеннейшей его чистоте, не имеет собственного ему предмета во внешнем мире, которым возбуждаются только чувства определенных видов [2; с. 153156]. На близкой позиции стоял И.К.Лафатер, который писал: Чувство и радость бытия есть цель всего, чего мы искать можем. Мудрый и слабоумный ищут только средств наслаждаться бытием своим или чувствовать его ищут того, через что они самих себя сильнее ощутить смогут. Всякое чувство и всякий предмет, постигаемый которымнибудь из наших чувств, суть прибавление нашего самочувствия; чем более самочувствия, тем более блаженства. ...Мудрый отличается от слабоумного только средствами самочувствования. Чем простее, вездесущее, всенасладительнее, постояннее и благодетельнее есть средство или предмет, в котором или через который мы сильнее существуем, тем существеннее мы сами, тем вернее и радостнее бытие наше... [11; с.4850]. Хотя здесь явно не говорится о родственности человека и животных, но на это указывается самой постановкой в один ряд мудрого и слабоумного, что предполагает продолжение этого ряда и до животных. Мнение Лафатера имеет для нас интерес прежде всего по той причине, что, высказанное в переписке с Н.М.Карамзиным, в дальнейшем оно пробудило ряд откликов в России. По крайней мере, сам Карамзин предпринял попытку сделать эту мысль достоянием широкой общественности. Хотя при этом он придал ей риторическую заостренность и тем самым снизил, сведя ее из области гедонистической феноменологии к области прагматики (к общественному договору): Самая лучшая философия есть та, которая основывает должности человека на его счастии. Она скажет нам, что мы должны любить пользу отечества; ибо с нею неразрывна наша собственная; что его просвещение окружает нас самих многими удовольствиями в жизни; что его тишина и добродетели служат щитом семейственных наслаждений; что слава его есть наша слава... [9; с.407]. Не исключено, что именно от Карамзина мысль о человеческом счастье подхватил П.Я.Чаадаев, вернув ей первоначальную феноменологическую окраску: ...Человек создан так, что величайшее наслаждение из всех дарованных он испытывает, делая добро чудесный замысел провидения, пользующегося человеком как орудием для достижения своих цели, величайшего возможного блаженства всех созданных им существ. [15; с.490]. Правда, зная, что Чаадаев слыл у своих современников чрезмерно назидательным, даже резонерствующим человеком, начинаешь невольно сомневаться, было ли это высказывание прочувствовано им самим как феноменологическая ценность, или же оно имело исключительно декларативный характер (из области должно быть). Далее можно увидеть, что состояние блаженства описываемое феноменологически у разных авторов не вполне одинаково, но тем не менее относимое к одному классу психических, а именно душевных, явлений по своему генезу интерпретировалось двояко. При одном подходе (объединяющем) оно признавалось общим и человеку, и животным; при другом (выделяющем) приписывалось только человеку. При объединяющем подходе возникновение состояния блаженства в силу того, что оно не имеет своего специфического предмета в окружающем мире, восприятие которого автоматически вело бы к возникновению данного переживания, объяснялось гармоничным соотношением различных ощущений, или их однонаправленностью. Хотя данное объяснение имеет достаточно формальный характер, тем не менее мы находим его у многих авторов XIXв. Значительно более интересны, но вместе с тем и менее научны, объяснения этого генезиса, даваемые при выделяющем подходе. Так, опять же у Радищева, мы можем видеть иную логику генезиса, чем у Велланского или Лафатера. Не самодостаточность, не уравновешенность внутренних чувств является основанием для переживания блаженства, но нечто находящееся вне человека: ...Изящность зрения человеческого наипаче состоит в созерцании соразмерностей в образах естественных... [13; с.288289]. Таким образом, он выстроил следующую логику: соразмерность в окружающем мире (но не отдельные предметы, которые могут служить для удовлетворения тех или иных биологических потребностей) особое содержание человеческой души (блаженство). Именно на основе такого построения им делался и практический вывод важно лишь увидеть в окружающем мире то, что непроявлено, скрыто, сверхчувственно, и состояние блаженства будет достигнуто. В целом эта же точка зрения разделялась и Пушкиным. Хотя он мог знать, причем от самого Карамзина, о его переписке с Лафатером, и к тому же более чем прохладно относился к личности Радищева, тем не менее в данном вопросе он следовал именно за последним. Вот мнение Пушкина о роли сверхчувственного, уже не поэтическое, а высказанное в беседе на одном из вечеров у СмирновойРоссет: ...То, что человек чувствует, для него существует, и это и есть действительность... Вера, надежда и любовь естественные чувства для человека, но они сверхъестественного порядка, точно также как и рассудок, совесть и память... Все это, безусловно, сверхъестественно: я хочу этим сказать, что все это стоит вне определенных и правильных законов материи и не зависит от нее... [7; с.161]. Теперь возникает вопрос, как может быть объяснено или, по крайней мере, категоризировано понятие сверхъестественного, использованное в данном контексте? Ясно, что наиболее близкий источник, к которому следует обратиться для прояснения этого вопроса, христианская психология. Сразу надо констатировать, что в основе всего здания христианской психологии положено совершенно иное содержание, нежели в психологии экспериментальной, или естественнонаучной. Все здесь строится на допущении существования вечных идей, которые пребывают вне познающего субъекта (человека или общества). Например, Н.И.Надеждин и именно при раскрытии понятия прекрасного, чрезвычайно близкого понятию блаженство, обращается к безусловному авторитету по этой части, к Платону: Платон предполагает в человеке существование высшей духовной силы, названной им [nous]; эта сила есть око души, созерцающее жизнь вечную, обращенное к духовному миру...; проявление этой высшей силы заключается в познании идей... Сюдато должно отнести понятие изящного [8; с.3435]. Если обусловливающая область мира есть сумма вечных идей, то и человек, как наделенный свободной волей, является носителем какихто вечных идей, важных для его духовного развития. Что же касается всех других психологических образований, то они либо простым приписыванием, без особых логических построений, могут связываться с базовыми, либо вообще передаваться в ведение физиологии. По старой, еще античной традиции, базовых образований, выделяемых в человеческой психике, насчитывается три. Вот, например, их описание, данное Ф.А.Голубинским: Поскольку человек имеет три силы или способности души: способность познания, способность ощущения или чувство и способность хотения или волю: то дело Философии... состоит в том, чтобы исследовать, как познавательная способность должна проявляться по идее истины, воля по идее добра нравственного, и чувство по идее красоты [4; с.38]. Похожее рассуждение мы читаем у А.И.Галича:...Есть душа только отдельный человек, как чувственный представитель родового нашего духа. Ибо таковото и есть отношение духовной сущности человеческой ко всякой отдельной душе, что первая внедряется в последнюю, есть ее основание и живительное начало. Вот почему и я, и ты, и он все мы чувствуем в себе первоначальное стремление к идеалам духовного совершенства к истине, к святости, к свободному творчеству! [3; с.67]. Ср: Существует только три основные идеи: истины, блага и красоты [8; с.35]. Явные отзвуки представлений о троичности базовых человеческих состояний мы находим также и у Пушкина. У него есть такое суждение: Нельзя и выдумать и чувств, мыслей, идей, которые не прирождены нам, вместе с тем таинственным инстинктом, который и отличает существо чувствующее и мыслящее от существ, только ощущающих. И эта действительность столь же реальна, как все, что мы можем трогать, видеть и испытывать. В народе есть врожденный инстинкт этой действительности, т.е. религиозное чувство, которое народ даже и не анализирует... Все находится в зависимости от этого религиозного чувства, присущего человеку так же, как и идея красоты вместе с идеей добра, которую мы находим даже в народных сказках, где злодеи всегда так отвратительны. У всякого дикаря есть представление о красоте, хотя и очень грубое, уродливое: и у него есть свои украшения, он хочет нравиться, это уже первобытная форма любви. Все это так естественно, как верить, надеяться и любить... Без этого не было бы ни философии, ни поэзии, ни нравственности [7]. Следующий шаг, который делается в анализе содержания человеческой психики в рамках христианской психологии, показать единое основание трех выделенных составляющих души. Это тем более интересно, что в современной экспериментальной психологии эмоциональные и интенциональные состояния, связанные с идеями истины, блага и красоты, фактически передаются в разные разделы. Так, чувство истины может рассматриваться в психологии мышления, как биологический регулятор протекания агареакции, чувство блага в социальной психологии, как проявление альтруистической мотивации, чувство красоты в психологии восприятия, как ответ на ритмосообразные признаки предмета (см., например, золотое сечение). Но христианская психология всетаки психология целостности и ориентирована на поиск универсальных психических оснований. В качестве такого основания, например, Голубинский считал следующее: Главный источник познаний, нужных для Метафизики, заключается в высшей силе ума, которой существенно принадлежит идея о Бесконечном или Отрешенном... [4; с.79]. Надо заметить, что идеи этого порядка признавались врожденными, и это вполне логично (исходя из принимаемой автором данного отрывка аксиоматики), но их содержательное наполнение (Бесконечное, Отрешенное) не более чем названия, причем порождающие неадекватные ассоциации с понятиями математики или прикладного богословия. Кстати, столь же формальными может быть обращение при поисках универсальных оснований психики к понятию бессознательного. Более определенно звучит натурфилософическое рассуждение Надеждина: В природе находим мы гармонию жизни, условливающую изящное; но природа, по учению нашей религии, есть образ Божества, выражающий невидимое, вечное и совершенное в бесконечном своем многоразличии, следовательно, начало истинной красоты в самом Боге [8; с.36]. Причем у него можно увидеть также попытку подойти к обоснованию троичности человеческой психики на основе немецкой диалектики. Дух наш или покоряет себе мир внешний, или покоряется оному. Отсюда две высшие идеи... Когда дух покоряет природу внешнюю, ищет в ней полного выражения, тогда возникает созерцание целесообразности, идея блага, коей феномен есть чувство нравственное... Когда дух подчиняется внешности, стремится отразить ее многообразие в своем единстве, тогда рождается созерцание единства законов бытия с законами мышления, идея истины, коей феномен есть умственное убеждение... Что касается идеи изящного, коей феномен есть гармония душевных сил, то она является не иначе, как при совершенной гармонии духа и природы, истины и блага... Душа, наслаждаясь эстетически, чувствует гармонию всех сил своих [8; с.3435]. Таким образом, в христианской психологии в целом постулируется два основных положения, вопервых, о том, что существует некая объективная, независящая от субъекта, реальность, и, вовторых, что сам субъект имеет ту же природу, что и эта реальность (душа соразмерна вечным идеям). Как бы сам собой напрашивается вывод, что основным путем постижения вечных идей является заглядывание в собственную душу. Так, у одного автора, выразившего достаточно распространенную точку зрения, мы читаем: Человек в первобытном состоянии все вещи познает в чистейшем свете. Теперь остались в нем одни темные воспоминания о первобытном видении. Все возвышенные идеи, какие только могут быть ему теперь доступны, он извлекает из тайных и подавленных чувственностью остатков созерцаний его блаженнейшего бытия [10; с.104]. А Велланский, который хоть и стоит на своей собственной позиции, все же с явной симпатией упоминает мнение Стеффенса о том, что ощущение, не относящееся ни к какому особенному предмету, но утоляющее в теле все противныя впечатления, наносимые внешним миром, есть предчувствие всего блаженства жизни...[2; с. 153156]. У Шевырева же читаем: ...во всех разнообразных видах изящного должна быть единая сущность, единый закон, который, действуя различными путями, приводит нас к единому всеобъемлющему чувству к согласию с самим собой и со всем миром, нас окружающим? ... Ищи в душе своей сего закона, наслаждайся разнообразными предметами красоты; но потом поверяй свои чувства, вопрошай чаще душу; короче знакомься с нею, узнавай ее и тогда увидишь в ее внутреннем святилище богиню красоты без покрова, в том чистом свете, в каком она не может явиться для чувственных очей смертного [16; с.4347]. Повидимому, весь этот комплекс идей, существовавший в христианской психологии, был чрезвычайно близок Пушкину. Конечно, сейчас очень сложно оценить, в какой степени на его поступках сказывался его теоретический взгляд на состояния блаженства, а не воспоминания о реальных ситуациях, когда данное состояние было им прочувствовано. Сами же эти переживания, безусловно, выступали для него существенным фактором жизнедеятельности, определяя, в частности, его предпочтение comme il faut и безусловное отвержение vulgar. В частности, друзей Пушкина поражало его стремление проводить время со знатью. ...Пушкин, либеральный по своим воззрениям, имел какуюто жалкую привычку изменять благородному своему характеру и очень часто сердил меня и вообще всех нас тем, что любил, например, вертеться у оркестра около Орлова, Чернышева, Киселева и других... Говоришь, бывало: Что тебе за охота, любезный друг, возиться с этим народом; ни в одном из них ты не найдешь сочувствия и пр. Он терпеливо выслушает... Потом смотришь: Пушкин опять с тамошними львами! Извините! [12; с.162]. Или еще одно свидетельство в том же духе: ...Французская июльская революция тогда всех занимала, а так как о ней ничего не печатали, то единственным средством узнать чтолибо было посещение знати. Пушкин, большой охотник до этих посещений, но, постоянно от них удерживаемый Дельвигом, которого он во многом слушался, получил по вышеозначенной причине дозволение посещать знать хоть ежедневно и приносить вести о ходе дела в Париже. Нечего и говорить, что Пушкин пользовался этим позволением и был постоянно весел, как говорят, в своей тарелке [6; с.220221]. Что же искал Пушкин в этих посещениях? Ответить однозначно на это вопрос вряд ли удастся, но не является ли одной из причин этого воспоминания о тех позитивных эмоциональных переживаниях, а именно переживаниях очарованности жизнью, которые владели его душой в детстве и юности и были связаны с его пребыванием в Царском Селе. В какойто мере это подтверждается В.П.Горчаковым: ...Нередко при воспоминании о царскосельской своей жизни Пушкин как бы в действительности переселялся в то общество, где расцветала первоначальная поэтическая жизнь его со всеми ее призраками и очарованиями. В эти минуты Пушкин иногда скорбел; и среди этой скорби воля рассудка уступала впечатлению юного сердца... [5; с.261262]. И именно переживание очарованности явно слышится в одном его письме, написанном о южной ссылке: ...Почему полуденный берег и Бахчисарай имеют для меня прелесть неизъяснимую? Отчего так сильно во мне желание вновь посетить места, оставленные мною с таким равнодушием? или воспоминание самая сильная способность души нашей, и им очаровано все, что подвластно ему? И не об этом ли пишет он в стихотворении Возрождение: ... исчезают заблужденья С измученной души моей, И возникают в ней виденья Первоначальных, чистых дней... Среди пушкинских поэтических строк есть и такие, которые указывают не просто на эмоциональные переживания, связанные с состоянием очарованности жизнью, но на некоторые теоретические представления, указывающие на мыслимый источник этих переживаний. Пушкин, переживший во время своей юности период атеизма и безверия и в дальнейшем пришедший к вере (правда, не совсем ортодоксальной), повидимому, придерживался в этом вопросе основных постулатов христианской психологии, о чем свидетельствует, например, следующий отрывок: ...Клянусь! давно бы я оставил этот мир: И улетел в страну свободы, наслаждений, В страну, где смерти нет, где нет предрассуждений. Где мысль одна плывет в небесной чистоте... Возникает вопрос, мог ли подобный конструкт, который вычитывается в данном отрывке (состояние блаженства обусловлено восприятием вечных идей), послужить для Пушкина не только объяснением какихто психических феноменов его жизни, но и дать импульс к практическим действиям, призванным вновь привести его к переживанию состояния очарованности жизнью. Конечно, того объема, в котором христианская психология была представлена образованной части общества XIXв. (т.е. вне традиции прямого наставничества), было явно для этого недостаточно. И, с уверенностью можно сказать, что с годами в жизни Пушкина умение переживать данное состояние все более и более уходило в небытие, хотя поэтический дар, потерять который он страшился более всего, никогда не ослабевал. Беспокойство, тревога, в принципе несовместимы с чувствами прекрасного, благого и истинного, все более овладевали его душой, делая почти невозможным вновь переживать то, что так очаровывало его в юные годы. Отсюда появление таких рассудочных суждений о красоте и счастье: ...В лучшее время жизни сердце, еще не охлажденное опытом, доступно для прекрасного. Оно легковерно и нежно. Малопомалу вечные противуречия существенности рождают в нем сомнение, чувство мучительное, но непродолжительное. Или ... Чувства души слабеют и меняются, нужды жизненные не дремлют. Наконец, совсем грустные размышления находим в воспоминаниях СмирновойРоссет: ... Когда разговорились о Шатобриане, помню, он говорил: Из всего, что он написал, мне понравилось одно... Если бы я мог еще верить в счастье, я бы искал его в единообразии житейских привычек [14; с.396]. Итак, в заключении, можно сделать следующие выводы. В русской психологии начала XIXв. очень интенсивно использовались понятия, обозначающие положительный эмоциональных тон, связанный с общей удовлетворенностью жизнью (очарованность жизнью). В большинстве случаев причина его возникновения усматривалась в сверхчувственном восприятии, благодаря которому постигается целесообразность (целеориентированность) окружающего мира. Но практические рекомендации о необходимости отказа от обычного чувственного опыта ради приобщения вечным идеям носили слишком формальный характер, что не позволяло использовать их в реальной жизни. Это можно увидеть на примере жизни Пушкина. На рубеже следующего, уже XXв., А.А.Блок сделал следующее замечание, свидетельствующее о том, что особого прогресса в решении данной проблемы не было: На бездонных глубинах духа, где человек перестает быть человеком, на глубинах, недоступных для государства и общества, созданных цивилизацией, катятся звуковые волны, подобные волнам эфира, объемлющим вселенную; там идут ритмические колебания, подобные процессам, образующим горы, ветры, морские течения, растительный и животный мир. Эта глубина духа заслонена явлениями внешнего мира. Пушкин говорит, что она заслонена от поэта, может быть, более, чем от других людей... [1; с.176]. Список литературы. 1.БлокА.А. О назначении поэта // Пушкин: суждения и споры / Сост. К.Ковальджи. М.: Моск. Рабочий, 1997. 2.ВелланскийД. Основное начертание общей и частной физиологии, или физики органического мира, сочиненное Данилом Велланским. Санктпетербург: Гуттенбергова Тип., 1836. 3.ГаличА. Картина человека, опыт наставительного чтения о предметах самопознания для всех образованных сословий, начертанный А.Галичем. Санктпетербург: Тип. Имп. Академии Наук. 1834. 4.ГолубинскийФ.А. Лекции философии профессора Московской Духовной Академии Ф.А.Голубинского. Вып. 14. М.: Тип. Л.Ф.Снегирева, 1884. 5.ГорчаковВ.П. Выдержки из дневника об А.С.Пушкине // А.С.Пушкин в воспоминаниях современников. В 2хтомах / Под ред. В.В.Григоренко и др. Т.1. М.: Худож. лит., 1974. 6.ДельвигА.И. Мои воспоминания // Друзья Пушкина. Переписка; Воспоминания; Дневники. В 2хт. Т.1 / Сост., биограф.очерки и прим. В.В.Кунина. М.: Правда, 1986. 7.Записки А.О.Смирновой (Из записных книжек 18261845гг.). Часть1. Изд. Редакции Северный вестник. СПб.: Тип. М.Меркушева. 1895. 8.КозминН.К. Н.И.Надеждин профессор Московского университета // Журнал Министерства Народного Просвещения. Новая серия. ЧастьX, 1907, июль, СПб., 1907. с.2671. 9.КарамзинН.М. О любви к отечеству и народной гордости / Н.И.Новиков и его современники. Избр. соч. Изд. АН СССР, М., 1961. 10.О причинах разделения народов П.Прского // Летопись факультетов на 1835 год, Изданная в двух книгах А.Галичем и В.Плаксиным. Санктпетербург: Тип. И.Глазунова. 1835. с.95117. 11.Переписка Карамзина с Лафатером, сообщена доктором Ф.Вальдманом, приготовлена к печати Я.Гротом. Санктпетербург: Тип. Имп. Академии Наук, 1893. 12.ПущинИ.И. Фрагменты из Записок о Пушкине // Друзья Пушкина. Переписка; Воспоминания; Дневники. В 2хт. Т.1 / Сост., биограф. очерки и прим. В.В.Кунина. М.: Правда, 1986. с.158171. 13.РадищевА.Н. Избранные философские сочинения. Под общей редакцией и с предисловием И.Я.Щипанова. Гос. изд. полит. лит. Л., 1949. 14.СмирноваРоссетА.О. Воспоминания. Письма. Сост., вступ. ст. и прим. Ю.Н.Лубченкова. М., Правда, 1990. 15.ЧаадаевП.Я. Полное собрание сочинений и писем. Т.1. М.: Наука, 1991. 16.ШевыревС. Теория изящных искусств // Московский вестник. Журнал, издаваемый М.Погодиным. Часть1. М., 1827. N1. с.3251.

Другие статьи : Кoнтраст яркостный, Ка–цет синдром, Кабанис Пьер Жан, Каган - Лемкин рисуночный тест, Каган Джером, Кагана симптомы детского аутизма, Кажущееся движение, Кандаулезизм, Кандинский Виктор Хрисанфович, Канцерофобия, Капризы детей, Карус (Carus) Карл Густав, Катарсис, Катартический метод, Кататимия, Кататонический синдром, Категориальность восприятия, Катексис, Катц Давид, Каузальная атрибуция, Каузально–динамический анализ, Кафка (Kafka) Густав, Качества Эренфельса, Келли (Kelly) Джордж Александер, Келли Гарольд, Кеннон Уолтер Бредфорд, Кесарево безумие, Кеттел (Cattell) Реймонд Бернард, Кеттел Джеймс Маккин, Кёлер (Kohler) Вольфганг, Кинестезии речевые, Кинестезические ощущения, Кинзи (Kinsey) Альфред, Клагес (Klages) Людвиг, Клапаред (Claparede) Эдуард, Классификации памяти Э. Тульвинга, Классификация жестов Экмана и Фризена, Классификация запахов Линнея, Классификация запахов Цваардемакера, Классификация мотивов Мюррея, Классификация мотивов Нюттена, Классификация обонятельных ощущений Х. Хеннинга, Классификация ощущений, Классификация ощущений Хэда, Классификация ощущений Ч. Шеррингтона, Классификация памяти П.П. Блонского, Классификация профессий Кьюдера, Классификация профессий Сьюпера, Классификация психодиагностических методик, Классификация типов темперамента Гиппократа, Классическая теория непрерывности сенсорного ряда, Классическое обусловливание, Кластерный анализ, Клаустрофобия, Клейст (Kleist) Карл, Клеточный ансамбль, Клиенто-центрированная терапия, Климов Евгений Александрович, Клиническая психология, Кляйн Мелани, Клятва Гиппократа, Когнитивная карта, Когнитивная психология, Когнитивная психотерапия, Когнитивная ригидность, Когнитивная сложность, Когнитивный контур, Когнитивный образ, Когнитивный стиль, Кожно–гальваническая реакция, Колберг Лоуренс, Колумбийская школа, Кома, Коммуникативная функция речи, Коммуникационная психотерапия, Компенсация, Компенсация функций, Комплекс Гризельды, Комплекс Ионы, Комплекс Квазимодо, Комплекс Клитемнестры, Комплекс неполноценности, Комплекс оживления, Комплекс Ореста, Комплекс Поликрата, Комплекс Терсита, Комплекс Федры, Комплекс Эдипа, Комплекс Электры, Комплекс-качество, Комплексное мышление, Компульсивное поведение, Компульсивное поведение, Конвергентное мышление, Конвергенция глаз, Кондаков И.М. А.С. Пушкин и русская психология XIX в. о состоянии очарованности жизнью, Кондаков И.М. Методика для изучения мотивационных особенностей школьников, Кондаков И.М. Преподавание психологии в Царскосельском лицее: А.С. Пушкин и А.И. Галич, Кондаков И.М. Пушкин и психология его времени о „животном магнетизме“, Кондаков И.М., Нилопец М.Н. Экспериментальное исследование структуры и личностного контекста локуса контроля, Кондильяк Этьен Бонно де, Конкретизация, Конкретные операции, Конрад Клаус, Константность восприятия, Конституция человека, Конструирование кодов, Контакт–психология, Контаминация, Контрастная иллюзия, Контрольный анализ, Конфликт выражений, Концептуальная модель, Концептуально–пропозициональная гипотеза, Концепция внутренней речи Л.С. Выготского, Концепция внутренней речи П.П. Блонского, Концепция выразительных движений Ч. Дарвина, Концепция межличностной совместимости Шутца, Концепция морального развития Колберга, Концепция подетального анализа, Концепция порождения речи А.А. Леонтьева, Концепция профессионального развития Сьюпера, Концепция социально-генетической психологии, Концепция этнофункциональной методологии, Координация движений, Копинг-поведение, Копулятивный цикл, Кора головного мозга, Корнилов Константин Николаевич, Корнилов Константин Николаевич. Анализ научной деятельности., Коро, Короткий анализ, Корсаков Сергей Сергеевич, Корсаковский синдром, Кос Сэмуэль Калман, Косвенная агрессия, Космическая психология, Коффка (Koffka) Курт, Кохут (Kohut) Хайнц, Коэффициент интеллекта, , ...

 

Конвергентное мышление

Конвергентное мышление (от лат. cоnvergere сходиться) форма мышления . Основано на стратегии точного использования предварительно усвоенных алгоритмов решения определенной задачи, т.е. когда дана инструкция по последовательности и содержанию элементарных операций по решению этой...

Конвергенция глаз

Конвергенция глаз (от лат. con сближаюсь, схожусь) сведение зрительных осей глаз по отношению к центру, при котором точечные световые раздражители, отражаемые от предмета наблюдения, попадают на корреспондирующие места сетчаток в обоих глазах, за счет чего достигается устранение двоения...

Кондаков И.М. А.С. Пушкин и русская психология XIX в. о состоянии очарованности жизнью

До слуха чуткого коснется, Душа поэта встрепенется, Как пробудившийся орел... У многих на слуху эти строки стихотворения Поэт А.С.Пушкина, но задумываемся ли мы над тем, следует ли в них видеть поэтическую метафору, выражение определенных теоретических представлений, или, может быть, жизненную позицию поэта. Да и какова феноменология, каков субъективный интроспективный опыт, который здесь подразумевается? Действительно, если мы обратимся к психологическим механизмам, на которые указывается в этом отрывке, то получается интересная картина. Мысль Пушкина можно проинтерпретировать таким образом, что, вопервых, душа как бы и не существует она неподвижна, непроявлена, суха и холодна и, наконец, неинтересна для ее владельца до тех пор,...

Кондаков И.М. Методика для изучения мотивационных особенностей школьников

Среди диагностических средств, призванных помочь школьному психологу при проведении массовых обследований, наиболее популярны интеллектуальные тесты и характерологические опросники. Вместе с тем, есть особая необходимость в выявлении мотивационных составляющих деятельности учащихся, особенно для разработки педагогических стратегий, направленных на перспективу. В частности, разделение учащихся на потоки специализации, которое на практике осуществляется довольно часто, должно проводиться не только по обнаруженному к данному моменту уровню знаний, умений или навыков, но и по их устойчивым личностным предпочтениям. В этой связи могут использоваться тесты интересов и учебной мотивации, но более надежным было бы подключение наряду с ними и опросников, специально ориентированных на исследование мотивационной сферы...

Кондаков И.М. Преподавание психологии в Царскосельском лицее: А.С. Пушкин и А.И. Галич

Александр Сергеевич, обладая феноменальной памятью и острым умом, никогда не упускал случая учиться чемуто новому и интересному. При этом все усвоенное существовало в его психической организации достаточно автономно и могло появиться на свет в самом неожиданном месте и в совершенно неузнаваемом виде. Безусловно, отдельные знания по психологии человека Пушкин получил еще до того, как поступил в лицей из повседневного общения и французской литературы, с которой познакомился очень рано. Но с систематическим изложением психологии он должен был столкнуться именно в лицее, прежде всего на занятиях А.П.Куницына и А.И.Галича. Пушкин познакомился с Куницыным раньше, чем с Галичем, в день торжественного открытия...

Кондаков И.М. Пушкин и психология его времени о „животном магнетизме“

По всем углам торчали фарфоровые пастушки, столовые часы работы славного Leroy, коробочки, рулетки, веера и разные дамские игрушки, изобретенные в конце минувшего столетия вместе с Монгольфьеровым шаром и Месмеровым магнетизмом читаем мы в Пиковой даме [16; т.3, c. 200]. Для нас в этом отрывке особый интерес представляет упоминание магнетизма как некоторого изобретения. Причем изобретения, основанного, как станет ясно из дальнейшего изложения, на некоторой более или менее регламентированной технологии. А, как известно, в жизни и творчестве А.С.Пушкина связано с этим явлением очень много, и связано иногда роковым образом. Представления, при помощи которых описываются взаимодействия физических тел, интегрированы в контекст общих...

Кондаков И.М., Нилопец М.Н. Экспериментальное исследование структуры и личностного контекста локуса контроля

Предметом психологического анализа все чаще становятся различные формы произвольной активности индивида, его обыденное сознание, типы объяснения окружающего мира, мировоззренческие установки, отношение человека к своей судьбе. Категория судьбы обладает богатой историей философского и религиозного осмысления (см. в частности, [1]): она предстает как проблематика связи предопределения и свободы воли, которая решается поразному в различных философских системах. В психологии использование таких понятий, как моральная ответственность, атрибуция ответственности, выученная беспомощность [2, 5, 6, 9], объясняется связью с той или иной научной школой. При этом движение от феноменологического анализа к экспериментальному, от качественных рассуждений к количественным измерениям довольно сложный процесс, не застрахованный от ошибок....

Кондильяк Этьен Бонно де

Кондильяк Этьен Бонно де (1715 1780) французский философпросветитель, выдвинувший положение о приобретении человеком в индивидуальном опыте не только содержания сознания, но и самих психических функций, что осуществляется лишь на основе одной способности к...

Конкретизация

Конкретизация наполнение схематизированной когнитивной картины какоголибо предмета частными признаками, за счет чего оказывается возможным движение от одной схемы к другой, более оптимальной для решения конкретных...

Конкретные операции

Конкретные операции понятие операциональной концепции интеллекта Ж.Пиаже , обозначающее логические операции , осуществляющиеся на основе внешних, наглядных данных и свойственные детям в возрасте от 78 до 1112 лет. Ранее сформированные мыслительные действия на уровне конкретных операций приобретают свойство подвижного равновесия, когда оказывается возможным действие обращения, т.е. мысленное воспроизведение ряда практических действий в обратном порядке, вплоть до достижения начального положения. На этой стадии интеллектуального развития понятийное отображение окружающей среды приобретает черты стабильности, что оказывается возможным за счет создания познавательных структур, которые были названы группировками . В 710 лет ребенок овладевает простыми операциями , такими как классификация, сериация, взаимнооднозначное соответствие, а...

Конрад Клаус

Конрад (Conrad) Клаус (19.06.1905, Райхенберг 5.05.1961, Геттинген) немецкий психиатр и невропатолог. Получил медицинское образование в Вене и Лондоне. Работал ассистентом в Вене, Магдебурге, Париже и Мюнхене. Главный врач в Тюбингене у Э.Кречмера . С 1948г. ординарный профессор психиатрии и неврологии в Гамбурге, с 1958г. в Геттингене. Основывался на представлениях, разработанных в гештальтпсихологии , о целостности психической жизни. Выдвинул идею, что существует единый эндогенный психоз. Предложил гипотезу редукции энергетического потенциала при психических заболеваниях. Разработал конституциональную типология характеров. Занимался проблемами шизофрении, выделяя различные фазы патогенеза ( апофения , тремафаза и т.д.). Описал хронические тактильные галлюцинации. Сочинения. Erbkreis der Epilepsie. 1939; Der...

Константность восприятия

Константность восприятия относительная устойчивость воспринимаемых признаков предметов при изменении условий восприятия . Впервые константность восприятия была поставлена в центр экспериментального исследования в 1889г. Мартиусом, работавшим у В.Вундта . На его основе В.Вундтом было сделано заключение, что наблюдается несоответствия между изображением, проецируемом на сетчатку и изменяющимся при удалении объекта, и относительно постоянным образом восприятия. В дальнейших исследованиях были обнаружены многочисленные факторы, которые могут влиять на эффекты константности восприятия, например фиксированная...

Конституция человека

Конституция человека (от лат. constitutio устройство) система генетически обусловленных морфологических, физиологических и психических особенностей индивида, допускающая отнесение ее к одного из ряда определенных типов. Как было показано прежде всего на клиническом материале ( Э.Кречмер , У.Шелдон, Х.Ю.Айзенк ), между телосложением, внешним видом и некоторыми психическими свойствами личности выявляются определенные...

Конструирование кодов

Конструирование кодов инженернопсихологическая технология, призванная к оптимизации характеристик сообщения и условий приема информации оператором. Предполагает выполнение ряда условий. Наглядноопознавательные признаки кодового знака должны служить мнемоникой для отображаемого процесса и иметь изоморфные с ним символические элементы. В соответствии с этим число признаков сигнала должно быть равно числу признаков этого процесса. Наконец, система кодирования должна находить отклик в жизненным опыте...

Контакт–психология

Контактпсихология психотерапевтический метод, предложенный Э.Шпеером и основанный на его теории психического, в которой он все межчеловеческие отношения выводил из отношений мужчины и женщины (SpeerE. Liebesfahigkeit (Kontaktpsychologie), Munch., 1953). В данном методе терапевтическое воздействие направлялось прежде всего на то, чтобы реализовать способность пациента к любви, часто заторможенную изза неадекватности и поверхностности контактов. Наибольший эффект в применении этого метода был отмечен для пациентов, мучимых переживаниями одиночества, при неврозах и аутизме . Литература...

Контаминация

Контаминация (от лат. contaminatio смешение) ложное воспроизведение информации, характеризующееся объединением в образе или понятии частей, принадлежащих к разным предметам. Для проявления явления контаминации оказывается важным смысловая и фонетическая близость между...

Контрастная иллюзия

Контрастная иллюзия искажение восприятия частных признаков предметов, возникающее при ломке привычного стереотипа и проявляющееся в переоценке признаков, противоположных обычным. Особенно часто проявляются в области температурных и вкусовых ощущений. Так, после холодного теплое воспринимается как горячее; после кислого или соленого переоценивается степень...

Контрольный анализ

Контрольный анализ психоаналитическая процедура, служащая целям психоаналитического образования, в которой на второй год своего обучения будущей психоаналитик работает в качестве стажера (MarcusJ.M. Current in Psychoanalysis, N.Y., 1971). При этом он самостоятельно проводит психоаналитические сеансы с пациентом и после каждого сеанса обсуждает его ход со своим преподавателем, для чего использует стенографические записи, в которых фиксируется и сам диалог с пациентом, и собственные комментарии к нему. Целью короткого анализа является прежде всего обсуждение некорректных действий стажера, проявлений его контрпереноса и других личностных установок. Также обсуждаются возможности иных психоаналитических толкований, кроме предложенных стажером. Лит.: GoodmanS. (Ed.) Psychoanalitic Education and Research, N.Y.,...

Конфликт выражений

Конфликт выражений (от лат. conflictus столкновение) противоречивые побуждения невротиков. Фиксируется в ошибках чтения, ошибках при письме, оговорках, неправильном слышании, а также в дискоординации движений, в том числе выразительных. Кроме того, в данных случаях может резко возрастать вероятность несчастных случаев. Автор...

Концептуальная модель

Концептуальная модель понятие, используемое в инженерной психологии, обозначающее систему представлений человекаоператора о целях его деятельности , состоянии предмета управления и способах...

Exit Project

[ A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z ]

[ А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я ]

Психология | Психологический тест | Психиатрия | Тесты на интеллект | Психотерапия

Кондаков И.М. А.С. Пушкин и русская психология XIX в. о состоянии очарованности жизнью